Вера, Родина, Семья

Молись, а злых дел берегись!
— так учить русская народная пословица

       Раннее детство мой отец Петр Дьяченко провел в Поволжье. Родился он в 1916-м году, во время гражданской войны был еще мальчонкой-несмышленышем. Во взрослые дела по малолетству не вникал, да и по юности ума вникнуть был не способен. Однако однажды он стал свидетелем случая, о котором мне потом не раз рассказывал. История эта из нашей семейной биографии — о сердечной молитве.
        Семья была многодетной, а Петя — младшим, тринадцатым сыном. К тому времени старшие уже покинули родной дом, разъехались по стране, женились. Отец вернулся с фронта Первой мировой войны калекой. Все хозяйство вела мать. Остались дома только сыновья еще не достигшие совершеннолетия.
        О войне белых с красными Петя слышал разговоры взрослых. Но братоубийственные бои, слава Богу, обходили село стороной.
        Случайно Петя подслушал разговор брата Феодора с приятелями, что собираются они «сбежать на войну». Тайком от родителей юноши собирали котомки. Феодор заставил Петю дать слово и трижды перекреститься, что никому он не раскроет этого секрета. Дал слово — молчи. Пришлось Пете «прикусить язык» и даже маме ничего про планы брата не рассказывать.
        Наступило время отъезда из отчего дома. Феодор без смущения поведал родителям, что хочет учиться, получить профессию и потому должен покинуть семью. А было ему 15 лет, самое время для освоения ремесла. Рассказал он, будто есть договоренность с хорошим сапожником в Саратове, тот согласен принять в ученики трех мальчиков — Феодора и его приятелей. Главное — не опоздать бы к сроку, поспешить с отъездом. У родителей возражений не было, ведь учеба ремеслу всегда к добру.
        — Надо помолиться перед дорогой, — сказал отец и опустился на колени перед иконой.
        Рядом он велел встать матери и младшим сыновьям.
        Начали с «Отче наш». И как только произнесли: «И не введи нас во искушение», мать вдруг разрыдалась безутешно, словно предчувствуя что-то страшное. Прервав молитву, отец спросил:
        — Что с тобой?
        — Сердце вдруг закололо. Боюсь я неведомого.
        Отец велел Феодору вслух прочитать «Отче наш». Знал Петя, что помнит брат эту и другие молитвы из ежедневного молитвенного правила наизусть, но почему-то стал он сбиваться, слова несусветно путая.
        Отец потребовал начать молитву сначала. И вновь у Феодора не получается, а мать тем временем громко плачет, как по покойнику в доме.
        — Грешен ты, Федя, — сказал отец строго. — Молитва Господня тебя выдает.
        И тут Феодор откровенно признался, что уговорили его приятели сбежать в Красную Армию к Чапаеву. А родных они сообща решили обмануть, рассказав о поездке на учебу в Саратов.
        Мать выставила маленького Петю во двор, поэтому он не знает, как продолжался разговор отца с Феодором. Запомнил только, как потом провинившийся брат часами стоял на коленях перед иконой Божией Матери и исступленно молился, каясь во лжи.
        Приятели Феодора сбежали-таки в Красную Армию. Вскоре до села дошла весть об их гибели.
        — Спасибо, что ты меня спас, — сказал тогда Феодор отцу. А тот ответил: «Спасла Тебя Молитва Господня».
        Эту семейную историю я слышала и в юности. Вспоминаю ее и сейчас, в зрелые годы и уже по-новому ее осмысляю.
        Представляется мне, что живая сердечная молитва, приближая нас к Богу, открывает нам Правду Божию: что есть добро, а что есть зло. Надо только уметь прислушиваться к чувству, рождаемому в душе молитвой.
        Подтверждение этому я нашла в замечательной книге «Преподобный Силуан Афонский» (1990 г., Англия, стр. 223). Рассказывается там, отец Силуан, путешествуя по России в 1905 году, встретился в поезде с одним купцом. Попутчик, желая порадовать Старца, протянул ему серебряный портсигар и предложил сигарету. Отец Силуан поблагодарил, но от курения отказался. Тогда купец стал расхваливать пользу сигарет: мол, снимает напряжение в работе, освобождает от усталости… Отец Силуан предложил купцу перед очередным курением помолиться, сказать одно «Отче наш». Попутчик ответил, что это — молитва перед сигаретой, — невозможное дело. Отец Силуан сделал вывод: «Итак, всякое дело, перед которым не идет несмущенная молитва, лучше не делать».
        Прислушайтесь к словам Старца. Как просто и как одновременно мудро.
        Зачастую все мы в жизни совершаем невольные грехи, промахи, ошибки. Нет, не со зла, а по неведению, что творим. И сколько раз грех мог быть предотвращен, если бы нашему помыслу, выбору, поступку или делу предшествовала сердечная молитва. Вовремя бы обратиться, отводя беду: «Отче наш… Да будет воля Твоя… И не введи нас во искушение… Но избави нас от лукавого…»
        Все родители, любя своих детей, тревожатся за них, опасаясь, не случилось бы с ними худого. Ребенок слаб и беспомощен, в силу неразумения юного ума и отсутствия жизненного опыта он более, чем взрослые люди, беззащитен перед любым злом и невзгодами. Поэтому так важно с малых лет приучить малышей усердно молиться, доверяя сердце Господу. Ибо каждому воздается по вере его.
        Знакомый врач из Педиатрического института рассказывал мне, как он готовил к серьезной операции 7-летнего Ванюшу. Мальчик был очень нервный, страдал от бессонницы, постоянно плакал от страха. Лекарства снимали боль, но Ванюша очень боялся предстоящей операции. Полдня, в канун операции, провела рядом с сыном его мама. Она привезла апельсины и бананы, хотела порадовать угощениями. Ванюша ничего не ел, у него кусок застревал в горле. Потом полдня просидел с сыном его отец. Он привез любимую Ванюшину игрушку — мехового медведя. Мальчик продолжал плакать. Поздно вечером в клинике появилась бабушка, приехавшая из Новгорода. Врачи не хотели ее впускать к ребенку, считая, что этот визит в палату еще больше растревожит впечатлительного ребенка.
        — Что вы привезли внуку? — спросили бабушку.
        — Ему нужно сейчас другое, — ответила бабушка. — Я должна с ним помолиться…
        Слава Богу, не отказали православной женщине в ее желании.
        Через полчаса врач заглянул в палату. Ванюша, прижавшись щекой к своему нательному крестику на ладони, крепко спал. Нет, врачу это не померещилось, мальчик во сне счастливо улыбался. Он доверился Господу. И операция прошла успешно.
        Сам врач был человеком неверующим и прежде считал, что больница — не место для молитв. После этого случая он свое мнение изменил. «Побольше бы таких бабушек», — сказал он после всего случившегося.

Н.П. Дьяченко (СПб), 4 декабря 1997 г.

Источник: «Православная жизнь», г. 48-й. №4 (580), апрель 1998, сс. 12-15